Скачать расшифровку встречи со зрителями

Обсуждение после просмотра фильма в Нижнем Тагиле

- Зритель.  Тема, которая касается нашего металлургического города такая же. Я бывший редактор газеты «Тагильский металлург» могу сказать, что проблема неформальных советов существовала. И как раз у нас на Металлургическом комбинате в период управления генеральным директором Юрием Сергеевичем Комратовым, обстановка была серьезная, а после она обострилась в связи с приездом Горбачева. Когда он просто приехал, чего-то наговорил и уехал, а комбинат остался один-на-один со своими проблемами. Началось растаскивание средств и прочее, и прочее. Вот тогда у нас появились свободные профсоюзы, и произошел раскол среди рабочего класса. Это 90-е годы как раз, достаточно серьезные, достаточно криминальные. На профсоюзы государственные - появились профсоюзы неформальные. Конечно, в этой борьбе, не было жертв криминального террора со стороны администрации, но все таки независимые профсоюзы - это реальность, я отвечаю, за что говорю. Потому что этих людей знаю, полгода назад я брал у них интервью. Мы печатали в газете «Тагильский вариант» о том, как они работали, проиграли или нет. Они уверены до сих пор, что взяли вверх, потому что они, используя юридические законы, выиграли у Юрия Сергеевича 120 дел, им вся юридическая система ТМК проиграла. И появился областной неформальный независимый профсоюз, который работал с теми самыми юристами.  Вот в этом есть сходство этого фильма, в этом есть его реальность, его историческая правда, потому что это уже история.

Нынешняя правда такова, что в городе ни на одном предприятии у нас независимых профсоюзов нет. И на большинстве предприятий нашей страны – это самая серьезная проблема, которая не позволяет нам встать на цивилизованный путь современного предпринимательства, современного капитализма. Раз фильм называется про Маркса, прибавочная стоимость была и при социализме, но эта прибавочная стоимость уходила в социальные фонды, которые более-менее равномерно распределялись. А при капитализме прибавочная стоимость остается. Это доказано теоретически, а  в нашей стране и практически. Но что сегодня делать? Фильм ставит вопросы, но он даже не делает намека на ответы. Вот в этом смысле я себя почувствовал человеком, который зашел в тупик.

То, что там у вас маргинально кровавые сцены – мне очень не понравилось, достаточно это серьезно. И я не знаю, была ли у вас фактологическая основа все это показывать, реально ли это было в жизни вообще. Я помню, когда братки братков расстреливали. Но на предприятиях не было таких кровавых случаев и такого обострения. Чисто юридическое, психологическое, митинговое обострение; увольнения, пикеты – это все было - вот в этом фильм правдив и вам спасибо, что поставили такие вопросы. У меня к вам вопрос: вы сами писала сценарий и была ли у него какая-то фактологическая основа? Потому что некоторые ситуации немножко вызывают сомнения. В целом, верно проблема поставлена, и нам еще долго-долго тянуть до современной цивилизации в вопросах, прежде всего,  производственных отношений с руководством. Профсоюзы должны быть и те и другие, если так уж так получилось. И те и другие должны иметь права. И даже профсоюзы, которые сегодня существуют на металлургических предприятиях отраслей. Они все-таки должны быть выведены за производство и не должны испытывать никакого влияния от администрации. Тогда мы будем говорить о независимых профсоюзах. Пока в России это очень серьезная проблема.

 - Ну, я с вами абсолютно согласна. Вы говорили, что как-то грустно все получилось. Прежде чем снимать фильм, я познакомилась с независимыми профсоюзами, с лидерами независимых профсоюзов и активистами которые живут в Липецке, Калуге, Тольятти - профсоюз «Единство» мне очень помог - я ездила туда на митинги. Но когда я говорила с людьми, они рассказывали о том, как на лидеров оказывалось не только психологическое, но и физическое давление. Но, с другой стороны, это художественное произведение, и здесь нет какого-то реализма. Но то, что жесткие ситуации были в этом мире, это я знаю. А то, что фильм так печально кончается и не дает каких-то ответов... Мне кажется, ответ заключается в том, мы должны взять свою жизнь в свои руки. Не дожидаться, что к нам кто-то придет, что-то сделает. А если каждый из нас будет иметь четкую гражданскую позицию, мы не будем прятаться, а будем прямо решать свои вопросы и не бояться высказывать свое мнение, то может это нас как-то сплотит и что-то получится. В то же время, была показана сегодняшняя действительность. Если ты в профсоюзе, на тебя постоянно будут давить.  Государство, к сожалению, нас поставило перед таким выбором. С одной стороны, это чувство собственного достоинства и, с другой стороны,  это жизнь. Нельзя ставить человека перед таким выбором, это просто аморально, но это происходит.

 - Людмила из Тагила.  Вы меня всколыхнули полностью. Я с 67-го года в профсоюзе. Я 36 лет отработала в Высокогорском металлургическом заводе. И все, что показали в фильме - это было с болью. Я была тоже активистом, ходила по всем цехам и по всем отделам и разговаривала с людьми и заставляла, просила задуматься и сознательно решать свои вопросы самим, вместе с нашим профсоюзом. У нас был замечательный Ковальчук Евгений Андреевич. Это наш был лидер, которому мы доверяли все и вся. Да, меня пугали, говорили – у тебя дети, неужели ты не знаешь, что у тебя земля горит под ногами. Знаете, я не пугалась. Меня блокировали на заводе, но мне помогали люди. Мне многие говорили: Людмила, тебя многие боятся, но очень многие люди тебя уважают и поддерживают. И вот эта помощь за спиной мне придавала силы. Не было таких кровавых сцен на заводе, но были смертельные случаи. Когда человек отработал более 40 лет на заводе и ему говорят, что он заводу не нужен, потому что основной головной завод через всякие дочки, ОАО...... наши деньги просто присваивали, и мы все это знали. Царствие небесное моему другу, который вскрыл однажды сейф и позвал меня с вопросом: что мы будем делать. В сейфе лежали двойные - тройные документы на деньги. Когда мы не получали зарплату, когда нам давали по 500 рублей, и в это время наши руководители покупали новые машины и ездили черте знает куда. И это было на наших глазах. Они получали в то время миллионы. Это как? Это как? И вот после этого всего и после фильма у меня один только вопрос. Вы скажите только - зачем? Мы все знаем, на всех предприятиях такие сейчас руководители. Вот эта молодежь жестокая, бездушная, она нас прямым словом «быдло» называет. Но мы-то понимаем, что мы не быдло, мы люди и не дурнее их. Как это? И просто хочется узнать, зачем этот фильм сняли? Зачем? Вот последствия этого фильма можете сказать? Это больно.

- Да, когда вы настолько болезненно рассказали, мои слова будут слишком формальными и мне даже неловко говорить. Я абсолютно вас понимаю.

Я хочу сказать, что я часто вижу залы с молодыми людьми, которые понимают то, что я делаю. И мне хотелось именно с экрана сказать, чтобы люди увидели, что владельцы так думают. Что этот человек прямым текстом говорит, что вы быдло - и я это сделала не для того, чтобы оскорбить, а для того, чтобы люди осознали ужас и не прятали голову в песок, а чтобы это поняли.  И это было также сделано для молодого поколения. Не все устраиваются менеджерами на работу, есть те, кто идет в рабочие. И мне хочется, чтобы они как-то сплотились. Я с большим уважением отношусь к вам и чувствую вашу боль. 90-е годы - это чудовищное время, которое я до сих пор не могу пережить. Я очень хорошо понимаю мужчин, которые в 40 лет оказались «не у дел». У меня есть такие знакомые. Но мы все равно должны что-то делать, что-то оставлять молодым ребятам. А активисты профсоюзов – это герои нашего времени, они многим рискуют.

 - Зритель. Светлана, а  вообще у вас, у молодой женщины как возник замысел такого фильма?  Тем более, вы снимали фильмы другого формата. И вдруг такой фильм с острой социальной, общечеловеческой проблемой. Не только для нашей страны это важно, для любой развивающейся страны, которая в условиях капитализма живет. Мы выросли в социалистическом обществе и только сейчас начинаем понимать  все те достоинства, все те плюсы, которые были в то время. И по-другому оценивать минусы. И мы не готовы были к тому, с чем мы столкнулись сейчас. И мы, носители культуры социалистического труда, сейчас должны как-то приспосабливаться к совершенно другим условиям. И это крайне актуальный вопрос: как сохранить свою совесть? как сохранить чувство собственного достоинства? как обеспечить себе и своей семье достойное существование? Это все понятно, но почему именно в таком ракурсе именно такая идея появилась у вас?

 - Ну, я не такой молодой человек. Мне 47 лет и я выросла в Советском Союзе, и нам всем говорили, что капитализм  - это плохо и что деньги ничего не решают. И я тоже так считала. И после Перестройки я видела, как все эти процессы ломали людей, которые были старше меня. И потом 90-е годы, Ельцин, Чеченская война. И сколько времени мы живем в такой чудовищной ситуации, немыслимо, как люди так могут жить. И как-то все терпят, терпят… Я живу для того, чтобы что-то оставить после себя для молодого поколения. А что я еще могу сделать. Художник очень чувствует социальные проблемы и особенно этот кризис 2009 года настолько явно разделил людей на богатых и бедных. Сегодня это продолжается - понятно, активистов ставят на более низкооплачиваемую работу. И одна женщина говорит – я работаю по семь дней в неделю, чтобы получить 13 тысяч рублей в месяц. То есть это такое воровство жизни. Когда человек мог в субботу и воскресение заниматься своими делами, у него это время воруют, это жутко унизительно. И, безусловно, мы должны об этом говорить, мы должны кричать об этом, но кричать тоже надо правильно. Так как это делают современные профсоюзы, в которых состоит очень много молодых людей. Они соблюдают трудовой кодекс и не выходят за рамки закона. Я просто верю этим людям, и говорю об этом, хотя это очень болезненная тема.

 -  Анна – учитель. Меня зовут Аня, я учитель. Огромное вам спасибо за такой фильм. Он очень страшный, очень. Но он необходим тому поколению, кто этого всего не знает.  Им очень легко живется, очень легко все дается. Для меня этот фильм – это такое хирургическое вмешательство в душу. У меня в семье два поколения металлургов и хоть не было видно таких страданий, но они все равно чувствуются. Так что огромное вам спасибо за этот фильм.

 - Иван. Меня зовут Иван. Вы в принципе, ответили на некоторые мои вопросы. В частности, почему вы стали снимать социалку. Какие-то элементы остались, конечно, после «Зеленого Слоника»… Вы сказали, что некоторые сцены были вырезаны. Мне просто интересно, сколько вырезалось материала. И еще вопрос насчет будущих планов.

- Меня всегда интересовал вопрос перехода в 90-е годы и меня всегда волновал вопрос, что эти двое героев, рабочий и владелец завода, могли сидеть за одной партой, когда учились в советской школе. И что стало с ними сейчас.

- На какие деньги вы снимали и какой бюджет?

- У нас независимый проект, мы снимали на собственные деньги вместе с клубом «СинеФантом», они нам помогли очень сильно и, благодаря им, мы смогли закончить фильм. Это все независимые деньги… Понимаете, очень сложно снимать такое социальное кино, когда ты идешь в контр всего. И это достаточно тяжело психологически также.

 - Татьяна. Меня зовут Татьяна, я работаю на местном телевидении. И работу комбината нашего металлургического тоже наблюдаю изнутри, и все это очень узнаваемо и знакомо. У меня  тоже шок от фильма и спасибо вам большое за него, потому что все - правда. Очень жаль, что не видят этот фильм наши металлурги. У нас аудитория более подготовлена. Мысли путаются, хочется сказать, что это настолько знакомо, настолько похоже на наш город. И клуб «Кино Гурман» у нас тоже есть и сюда ходят люди, которые стараются что-то новое понять. Жаль, что наш народ не хочет из этого подниматься, не хотят развивать свою культуру. Это тоже есть и вот это жаль.

 - Скажите, а как вы считаете, гипотетически, какие-то металлурги могли посмотреть такое кино?

 - Да, я считаю, что есть и молодежь очень хорошая на металлургическом комбинате, и они бы с удовольствием посмотрели этот фильм, если как-то широко его разрекламировать, я думаю, что нашлись бы желающие, да.

 - Понятно, что завод никогда не захочет этого и понятно, что администрация вряд ли захочет, чтоб такой фильм показывался в городе.

 - Дело в том, что на профсоюзном собрании мы предложили посмотреть фильм, особенно профсоюзным лидерам. И фильм будет еще несколько недель идти. И я надеюсь, какой-то отклик будет получен, и металлурги захотят его посмотреть. Увидеть себя, прямо свою жизнь – это здорово. И еще такой вопрос вам как к режиссеру: я увидела, что в каморке висела афиша фильма «Калина красная». Это что-то значит?

 - Ну, с одной стороны, мы понимаем, что «Калина красная» - это тоже фильм, снятый о рабочих, о деревне, о русских людях. Но там плохой человек превращается в хорошего, а здесь, наоборот, (условно). Хотя винить человека за то, что он так поступил, мы не можем.

 - Ну, то есть, я поняла, что для вас этот фильм в свое время был таким тоже каким-то открытием, что вы недаром его сюда внесли?

 - Я с уважением отношусь и к режиссеру этого фильма и к некоторым советским фильмам, безусловно.

 - Елена. Здравствуйте, меня зовут Лена, я сейчас учусь. В  «Зеленом слонике», который вы тоже снимали, было очень много образов. То есть, мы сначала посмотрели фильм, было ничего не понятно. Потом прочитали комментарии на форумах, и сложилась какая-то картина. И конец фильма, который мы сейчас посмотрели, тоже осталось непонятным - что вы хотели сказать? И может быть, вы объясните какие-то детали, символы.

 - Да, здесь есть некоторые ключи в этом фильмы, которые могут открываться людям, которым ближе одно или другое. Тут сказано многое про «Мертвые души» Гоголя и мы знаем, что эта поэма считалась первым социальным произведением в России. И мы все в школе учили это. И конечно, особенно в той сцене на проходной, хотелось сказать о том, что наболело, все хотелось вложить туда. И об образовании хотелось сказать, сейчас молодые люди не знают, кто такой был Белинский. А в наше время это знали все. И может, молодые люди после просмотра фильма зайдут в «Википедию» и как-то хотя бы заинтересуются. Сейчас я знаю, что многие люди стали перечитывать «Мертвые Души» Гоголя.

Потом я была в Тольятти, и так странно получилось, что эти «Мертвые души» немножко по-другому сыграли. Сейчас хотят до 65 лет мужчинам увеличить пенсионный возраст. И они (на заводе) говорят, а как так? У нас средняя продолжительность жизни мужчин на заводе 50 лет. И получается, что человек умирает, а еще 15 лет он как-бы работает. То есть, такие мертвые души - и государство решает за них, что они не могут выйти на пенсию раньше 65 лет. Каморка имеет ассоциации с Троицей. Это не религиозное, а отношение к нашей древней культуре. Также черный квадрат и авангард становится товаром в наше время, когда владелец покупает эти произведения для престижа – это говорит об отсутствии образования. Потом психологическая линия главного героя. То, что всё не вокруг крови, а вокруг варенья, которое, в каком-то смысле, стало кровью потом. А насчет символики последней сцены у меня были свои размышления, но у многих людей это вызывает другие ассоциации, и я решила не расшифровывать последнюю сцену с этой башней, потому что она очень метафоричная.     

 - Зритель. Добрый вечер, спасибо огромное за фильм! Я согласна с предыдущей метафорой, что это хирургическое вмешательство в душу очень сильное. Во мне сейчас борются разные чувства, и я хотела узнать, был ли у вас в фильме подтекст?..... В нашей стране очень часто были попытки борьбы, переустройства мира, но, к сожалению, печальные. Я в этом фильме увидела две линии: монстр и жертва. Есть ли смысл в такой борьбе? Нет ли смысла в том, чтобы уйти с этого предприятия, которое не платит три месяца зарплату. Уйти с гордо поднятой головой, у тебя обязательно будет возможность заработать на другом месте. Вот об этом, мне кажется, тоже красноречиво говорит фильм. Хотели бы вы об этом заявить? Или это все-таки желание, чтобы люди осознали и создавали вот эти более-менее цивилизованные профсоюзы?

 - Я поняла. Я скорее хотела поддержать профсоюзы и сказать, что даже если не получается что-то организовать, как говорит один герой, что если сейчас не получится, получится в другой раз. И это состояние независимых профсоюзов, которое сейчас есть в России. То есть, у них что-то получается, но не очень сильно. Но в то же время, они существуют. И они говорят, что иногда сам факт существования независимого профсоюза – это уже есть победа. Но если мы будем говорить о независимых профсоюзах в моно городах, там их практически невозможно создать из-за большого давления администрации. А что такое уйти с завода и найти другую работу – это не так-то просто! Ты попадаешь в черный список, и тебя в этом городе на нормальную работу никто не возьмет. Тебе придется уезжать в другой город. Это не так просто изменить свою жизнь. Даже для молодых людей. Но, с другой стороны, очень важно вести эту борьбу, но так же понимать чего она стоит. Чтобы не шли туда люди, которые не готовы к серьезной борьбе, которые думают, ну раз этих убили, значит, мы не пойдем туда. То есть, это наоборот фильтр для настоящих людей, которые могут этим заняться. 

 - Алина, студентка. Я бы хотела задать такой вопрос: я слышала, что фильм был представлен на каких-то иностранных фестивалях. Мне хотелось бы узнать, какие мнения были у иностранного зрителя, который увидел всю эту социальную обстановку в России. Быть может, нашли какие-то параллели со своим государством?

 - Да, я все хочу как-то вас повеселить немножко, а то у нас, правда, грустная тема. Я была в Берлине на фестивале в программе «Форум». Там было пять показов. И после каждого показа было обсуждение примерно 30-40 минут с модератором перед большим залом. И там эти залы очень большие, потому что там принято ходить в кино и этот фестиваль очень модный. И там были разные вопросы. И был такой вопрос, на самом деле очень серьезный – «закончится ли коррупция в России?». Ну, я думаю, что этот вопрос для нашего зрителя даже никогда не встанет, это наверно даже смешно. Я думаю, что коррупция не закончится никогда. И этот вопрос не услышишь от наших соотечественников в зале. И это пример того, как они относятся к тому, что у нас происходит. Очень важно для меня было показать для Запада добрых, красивых и умных людей труда. Мне хотелось гордиться нашими людьми. И мне хотелось показать Западу, что у нас есть достойные люди. Мне просто не нравится, что наш народ показывают униженным и смеются над ним и так далее. Мне хотелось изменить это мнение для иностранной публики. Конечно, им очень интересно, то, что происходит в России. Но как там их разберешь этих немцев – что они на самом деле думают, не знаю.

 - Зритель. Спасибо за фильм. Сильная работа... Но вот я сижу и слушаю сейчас и я хочу сказать, что я устала от этой чернухи, что все плохо. Я хочу защитить профсоюзы, которые реально защищают права рабочих и уделяют большое внимание их социальным проблемам. У нас в городе великолепные профсоюзы. Они отстаивают права рабочих, в том числе. Имеются проблемы, рабочие проблемы, которые нужно решать не в каморках, где ты сидишь в подвале в темноте, приходи в профсоюз, говори, выступай на митингах, они проводятся достаточно регулярно. Фильм чем хорош – он спорный. Он вызывает очень много чувств, много размышлений. Есть разные пути. И как вопрос у меня, пожалуй, что один этот крайне отрицательный образ сынка владельца, раскаявшегося отца, понятно, что он гипертрофирован. И поэтому спасибо вам за фильм. Я не задаю даже вопрос. Просто благодарю вас за то, что он действительно актуален. И есть как одна сторона. Так и другая. Вы просто молодец!   

А&Д студия и Сине Фантом

представляют новый фильм режиссера Светланы Басковой

«ЗА МАРКСА...»

Интервью с режиссером
«За Маркса», режиссер Светлана Баскова, 2012

Список магазинов, где можно приобрести фильм «За Маркса...»


«За Маркса», режиссер Светлана Баскова, 2012

Закладка в социальных сетях